Йа йожыг, йа упал в реку

Перелет из Пулково в Ширик был обыденным, с поправкой на то, что от спокойной жизни я уже подзабыл, что это такое — жить в самолетах.

Питер прощался, как обычно, солнечной ясной погодой:

Пока катились на взлет, снимать было ну решительно нечего.

Под мощный рев турбин серая заснеженная Родина скрылась внизу.

Но все меняются, когда приходит они. Вернее, когда самолет занимает эшелон. Обратите внимание на отражение фюзеляжа в двигателе. Особенно занятно было при посадке смотреть, как выходят шасси.

Бескрайняя облачная равнина. Как же ты меня задолбала в мои предшествующие года жизни. Сколько часов и дней провел я на твоих просторах. И вот, блин, опять :)

Перелеты Питер-Москва-Питер всегда короткие. Не успел допить кофе, а уже пора выходить. Подмосковные елки привычно скребутся в иллюминатор.

Есть касание. Выпьем же за то, чтобы количество взлетов равнялось количеству посадок.

Шереметьево с годами не меняется. Гадюшник был, гадюшник и остался. Приятно видеть, что есть в мире истинные ценности :)

Продолжение следует.