Йа йожыг, йа упал в реку

Вчерашний марш-бросок в Питер прошел под непрерывным сильнейшим дождем, на траверзе Новгорода превратившимся в жуткую метель. Грязный, заляпанный московским дерьмом пепелац к финишу сиял, как надраенная бляха от солдатского ремня. После подсыхания по тонким, еле различимым дорожкам на бортах и капоте можно наглядно изучать прикладную аэродинамику.

…

Давеча обещал немного рассказать о марш-броске в Питер. Который всю дорогу под проливным дождем. По возвращении в Москву и разборе фоток выяснилось, что рассказывать особо и нечего. Отпуск весь ушел на хозяйственно-документальную фигню. Хорошо хоть права поменял.

Разве что совсем чуть-чуть расскажу о дороге туда (12 октября).

Вырвался из Москвы днем пятницы по Новорижскому шоссе. Еще до конца дня город кристаллизовался в пробках, и потому рисковать и ползти через Ленинградку не хотелось.

В 15:24, километрах в тридцати от Москвы, дело было так:

Через шесть минут уже вот так:

Еще через две минуты вот так:

Ну и еще через минуту:

Наглядно видно, что мир вокруг движущейся машины все время изменяется, оставаясь при этом стабильным и непокобелимым. За сим единственно верным изобразительным средством такой ситуации представляется сцена в «Бумере-2″, когда длительное перемещение героев на машине показано как замедленная съемка под музыку. Точнее и не передашь.

Через Новопетровское выскочил в Клин, оттуда помчался на Питер. Уже под Тверью нырнул в густую пелену дождя. Потеряв час в очереди на мост через Волгу и наконец нагло объехав пятнадцатикилометровый (!) хвост по разбитой гравийной обочине, понесся дальше. График поездки был начисто сломан. Стемнело. Под Торжком дождь стал совершенно проливным.

Остановившись в 21:38 на «Несте» в Крестцах, накормить животинку овсом, оную не узнал. Грязная и замызганная, две недели в Москве без мойки, она сияла отполированными дождем бортами, как игрушка на новогодней елке. Немедленно все бросил и приступил к фотосессии.

Сильный дождь превратил асфальт в подобие зеркала, и в этом черном зернистом зеркале отражалась ночь, подернутая кружевами дождевых капель.

Над ночной трассой, как обелиск, возвышался гигантский нестовский логотип:

В 21:45 стартовал дальше. И, собственно, из публичного это все. В районе часа ночи уже царапался в родной подъезд.

Совершенно неинтересно и банально. Увы. Такова жизнь.