Йа йожыг, йа упал в реку

…Это ведь так приятно — обнять, подхватить на руки тонкую асфальтовую ленту, холодную, покрытую крошечными кристалликами льда, расстелить ее перед тобой бесконечной рекой спящих проспектов, тихих и покорных, недвижимо взирающих свои чудные непонятные сны. Быть может, им снимся мы, смешные беспокойные люди, мчащиеся в ночи неведомо куда. А быть может, им снятся трехцветные гирлянды светофоров, бессменно моргающие в ночи своими круглыми желтыми глазами. Пасмурное ночное небо накрыло город низкой алюминиевой пеленой, словно неведомая гигантская крышка от вселенской сковородки, и в его призрачном отраженном свете как-то неуместны высоченные бетонные клетушки окраин, уродливые и прекрасные одновременно, неподвижно глядящие на нас сотнями темных, дремлющих окон. Лишь великая громада Исаакия гордо вздымается над белой замерзшей гладью Невы, меланхолично приподнимая облака своей старой медной башкой. В своей долгой каменной жизни он видел столько ночей, этот мудрый собор. Он может позволить себе быть старым…

Это так удивительно — краем глаза отслеживать грязный пунктир дорожной разметки, чуть придерживая его самыми кончиками пальцев. Позволять проспектам незаметно сменять друг друга, как сменяют друг друга наши холодные зимние рассветы. С непонятным, очень странным чувством глядеть на острый шпиль телебашни, пронзающий это же самое небо тонкой цепочкой крошечных, почти неразличимых огней. Чувствовать, как торчащие там-сям ажурные вышки сотовой связи, незаметные в темноте, неслышно передают из рук в руки тонкую антенну телефона в моем кармане. Словно крошечный паучок, он неспешно движется по городу вместе с нами, и серебряные ниточки электромагнитных волн, равнодушно пожимая своими цифровыми плечами, несут, несут его, дальше, дальше, дальше… Азартно ловить колесами горбатые мостики набережной, ведь по их покатым спинам так кайфово прыгать, прижав педаль газа до тонкого свиста разрываемого воздуха… А потом… Потом мы просто будем медленно плыть по ночному городу, неслышно, незаметно, и лишь влажные блики фонарей будут тихо сменять друг друга в твоих глазах.

Это так просто — взять весь этот город, громадный, странный, непонятный и очень, очень красивый, осторожно положить его в невесомую и неуклюжую коробку человеческих слов, ненужных, бесполезных, просто напечатанных на крошечном ровном листе белой финской бумаги, бережно обвязать алой шелковой ленточкой нахальной и насмешливой улыбки, придирчиво поправить получившийся бант…

Это так интересно — подарить этот город.

Тебе…

NICK© Рамбов, 22 декабря 1998 года, 1:40 ночи